Лекарь из Унцукуля

6
0

Поделиться

12 Мар 2009 г.

Его в народе звали не иначе, как «доктор Магомед». Родом он был из Унцукуля. Еще молодым попал в Египет, где выучился на врача. Вернувшись на родину, женился на девушке Айшат из своего аула. Тогда же Магомеда, человека с медицинским образованием, пригласили лекарем в 1-й Дагестанский конно-иррегулярный полк. Оставаясь до 82-летнего возраста с конниками, он получил воинское звание штабс-капитана. Доктору Магомеду пришлось участвовать в двух войнах — Кавказской и русско-турецкой 1877-1878 годов. За добросовестную службу он получил крест и две медали.

Лекарь полка за свою жизнь сделал много операций — не только сослуживицам, военным, но и простым горцам. Он удачно избавил от зоба 14-летнюю Марзият Абдуллаеву, Абдусалама Магомедова.

Камнесечение! Многие, вероятно, слышали, насколько серьезна такая операция. Под наркозом, она длится около часа. Ну, а во времена Магомеда, особенно в Дагестане, наркозом почти не пользовались. И, прежде всего, потому, что на периферии наркоза просто не достать.

Делая разрез, горские эскулапы доставали камень в мочевом пузыре, рану зашивали конским волосом или обыкновенными крепкими нитками. В целях профилактики обрабатывали оперированный участок — если не было спирта или водки, пользовались самогоном, Инструментарий кипятили. Процедура, словом, трудоемкая. Так вот, врач Дагестанского полка камнесечение производил за несколько минут, если учесть, что больной не усыплялся, нетрудно представить виртуозность и быстроту работы хирурга. Говорят, что так скоро работал один из известнейших тогда хирургов только сам Н. И. Пирогов.

Об операциях Магомеда Унцукульского по камнесечению рассказывал мне Камалутдин Гаджиев из Унцукуля, работавший у него санитаром и умерший в 92-летнем возрасте. Из врачебной биографии лекаря можно бы отметить и такой факт. Во время русско-турецкой войны 1877-1878 годов был тяжело ранен один из генералов. На консилиуме присутствовали врачи всех полков и дивизий русских войск.

У генерала было «слепое» ранение, не знали, где застряла пуля. А тогдашней медицинской доктриной предлагалось обязательное удаление инородного тела. Но сколько ни осматривали генерала врачи, никто не мог уверенно сказать, где же застряла вражеская пуля. А это, в свою очередь, лишало уверенности в удачном исходе операции.

Пока суть да дело, слух о серьезном положении генерала распространился по всей армии. Узнав об этом, командир Дагестанского полка будто бы сказал главнокомандующему: «Позвольте, ваше сиятельство, я пришлю своего врача-азиата».

Получив разрешение, полковник привез Магомеда с инструментами. — Что же так поздно пригласили? — спросил он, выяснив, в чем дело. В пылу споров и обмена мнений никто, оказывается, не заметил, что генерал скончался. Магомед все же решил осмотреть умершего. Перевернув его на живот, постучал генерала в том месте, где позвоночник, и сказал: «Здесь пуля». Все усомнились. Магомед посмотрел на самого старшего по чину из лекарей. Тот согласно кивнул головой.

Врач раскрыл свой ящик, где хранились инструменты. Буквально через две минуты на белой простыне лежала пуля, между прочим одну из своих медалей Магомед получил за эту своеобразную победу в «поединке» с другими врачами.С тех пор некоторые коллеги считали себя опозоренными и возненавидели его.

Как-то он приехал в другой полк, его пригласили в одну из офицерских палаток, предложили выпить по случаю приезда. Магомед обратил внимание на то, что когда он приложился губами к бокалу, все смотрели на него, затаив дыхание. Почувствовав недоброе, горец не стал задерживаться в полку, а поехал дальше. Вскоре он почувствовал резь в животе.

Ему, врачу, нетрудно было догадаться, что делать. Соскочив с лошади, он начал пить воду из протекавшей рядом речки, чтобы вызвать рвоту. Временами казалось, что он теряет сознание, такие минуты он с головой окунался в воду и глотал ее большими дозами. Остался в живых Магомед, но яд все-таки подействовал на почки. Вот об этом-то и вспомнил старик перед смертью. «Я бы еще ЖИЛ, если бы не отравили», — говорил он.

Родился Магомед в 1810 году, а скончался через 100 лет, в 1910 году. После него остался медицинский трактат, составленный на арабском языке, где доктор излагает свои воззрения. Насколько они ценны, мы не можем судить, но, вероятно, представляют интерес.

Инструментарий доктора не сохранился. У одного из родственников имеется его личная печать. Она сделана из свинца. От долгого употребления надпись почти стерлась и можно прочесть только одно слово — Магомед. Имя владельца печати.

Булач Гаджиев

6
0

Поделиться

0

12 Мар 2009 г.

Комментарии к статье

Комментариев пока нет, будьте первыми..

Войти с помощью: 
Чтобы ответить, вам необходимо

Похожие статьи

  • Унцукульские чудеса

    Многоязычие, проживание в условиях горной изоляции и многовекового противостояния внешнему миру наложили отпечаток на быт и культуру...

    60

    Дек 2017 г.

  • Песнь металла и дерева

    Народный промысел художественной отделки изделий из дерева, возникший еще в XVIII веке, в селении Унцукуль и по сей день остается значимой...

    8

    Июл 2017 г.

  • Унцукуль — металл и дерево

    Хорошо, что мы выехали рано. Мотаться по горам под полуденным свирепым июльским солнцем в авто без кондиционера — удовольствие еще то. К тому...

    26

    Май 2011 г.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
*
Войти с помощью: 
Генерация пароля